moykariver (moykariver) wrote,
moykariver
moykariver

Categories:

Как комиссия КГИОП устанавливала историко-культурную ценность дома Мусина-Пушкина



Санкт-Петербург, набережная р. Мойки, дом 104. Фото Е. Логвинова, 2015.



Читатель помнит, что в материале «Петербуржцы оспаривают в суде распоряжение КГИОП по дому А. И. Мусина-Пушкина» мы обещали написать о странностях работы КГИОП по установлению историко-культурной ценности объектов, впервые заявленных на включение в состав памятников культуры. Выполняем своё обещание на примере рассмотрения КГИОП заявки по историческому зданию на набережной Мойки, 104, известному как дом А. И. Мусина-Пушкина. Того самого, в котором «хранилось Слово». Скучно не будет.


Выбор дома подсказало время. Во-первых, в ноябре отмечается 110-летие со дня рождения Дмитрия Сергеевича Лихачёва (1906-1999), крупнейшего исследователя «Слова о полку Игореве», которое в конце XVIII века оказалось на Мойке в доме Мусина-Пушкина вместе с другими бесценными памятниками древнерусской истории и литературы. Во-вторых, распоряжение КГИОП именно по этому зданию обжалуется гражданами в суде.

Вначале немного истории. В апреле 2015 года в КГИОП поступила заявка на выявление дома Мусина-Пушкина на набережной р. Мойки, 104, как памятника культуры. На основании пп.1-4 ст.16.1 Федерального Закона от 25.06.2002 № 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» КГИОП своим приказом от 13.07.2015 года № 8-381 образовал комиссию по установлению историко-культурной ценности объекта в составе 7 (!!) человек во главе с председателем КГИОП юристом С. В. Макаровым. В состав комиссии вошли первый зам. председателя КГИОП архитектор А. Г. Леонтьев, зам. председателя КГИОП, зам. председателя комиссии архитектор Г. Р. Аганова, директор архитектурного бюро «Литейная часть-91», член Совета по сохранению культурного наследия при правительстве Санкт-Петербурга архитектор Р. М. Даянов, начальник управления экспертиз и реставрационных программ КГИОП архитектор П. О. Яковлев, сотрудники КГИОП архитекторы В. В. Воронин и П. В. Платонов.




Стр.1 Заключения комиссии КГИОП по установлению историко-культурной ценности объекта, обладающего признаками объекта культурного наследия, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, набережная реки Мойки, дом 104 литера А, утверждённого 31.07.2015 председателем КГИОП С. В. Макаровым



Стр.2 Заключения комиссии КГИОП по установлению историко-культурной ценности объекта, обладающего признаками объекта культурного наследия, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, набережная реки Мойки, дом 104 литера А, утверждённого 31.07.2015 председателем КГИОП С. В. Макаровым



Стр.3 Заключения комиссии КГИОП по установлению историко-культурной ценности объекта, обладающего признаками объекта культурного наследия, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, набережная реки Мойки, дом 104 литера А, утверждённого 31.07.2015 председателем КГИОП С. В. Макаровым

Если верить тексту Заключения, комиссия провела работу по установлению историко-культурной ценности объекта, её результаты были рассмотрены на заседании 29.07.2015. Подписанное всеми членами комиссии Заключение 31.07.2015 было утверждено председателем КГИОП С. В. Макаровым. На основании вывода комиссии «об отсутствии у объекта историко-культурной ценности, которая позволяла бы рекомендовать его к включению в перечень выявленных объектов культурного наследия», председатель КГИОП издал распоряжение от 11.08.2015 № 10-348 «Об отказе во включении здания в перечень выявленных объектов культурного наследия».

А теперь обратимся к документам и фактам. И первым делом к тексту Заключения комиссии, в котором на стр.1 сказано, что «комиссия ознакомилась с архивными и исследовательскими материалами, хранящимися в ЦГИА Санкт-Петербурга и в отделе систематизации, популяризации и хранения документированной информации об объектах культурного наследия КГИОП, сведениями об Объекте, содержащихся в научной и краеведческой литературе, материалами, представленными заявителем». Иными словами, комиссия уверяет, что ознакомилась со всеми сколько-нибудь значимыми источниками по дому, которые могли бы пролить свет на историю его создания, на связанные с ним события истории, жизнь и деятельность выдающихся деятелей науки, культуры, политики.

На стр.2 комиссия соглашается с заявителем в том, что в 1842-1847 гг. при застройке территории усадьбы между набережной и Тюремным переулком каменный одноэтажный флигель XVIII века, размещённый вдоль красной линии набережной, был включён в состав ныне существующего здания как часть его первого этажа: «Судя по сохранившимся до настоящего времени на дворовом фасаде этой части здания элементам барочного декора, стены флигеля в соответствии с проектом были сохранены и включены в существующий до настоящего времени дом». И далее читаем: «Здесь до переезда собирателя в Москву хранилось его выдающееся собрание древнерусских рукописей и книг».

Казалось бы, после таких признаний вывод о включении здания в перечень выявленных объектов культурного наследия неизбежен. Однако следом в тексте встречаем неожиданное утверждение: «Нет оснований полагать, что А. И. Мусин-Пушкин для своего проживания и хранения коллекции использовал не главный усадебный дом, а небольшой флигель, обычно предназначавшийся для проживания гостей, прислуги или хозяйственных нужд».




Участок дома по набережной Мойки 104 на плане Сент-Илера, 1765—1773

Это по сути анонимное и бездоказательное мнение, не подкреплённое ни одним авторитетным источником, комиссия выдала за установленный факт. При этом даже не упоминается известное мнение коллектива авторитетных петербургских историков, согласно которому именно во флигеле располагалась библиотека А.И. Мусина-Пушкина и хранилась его выдающаяся коллекция. В капитальном труде профессоров Е.Е. Анисимова, Т.П. Мазур, В.С. Соболева, авторов «Приложения к Аксонометрическому плану Санкт-Петербурга 1765-1773 гг.», изданному в 2003 году, на стр. 93 в отношении использования Мусиным-Пушкиным каменного одноэтажного флигеля сказано дословно следующее: «В сентябре 1755 г. этот участок был приобретен крупным промышленником и меценатом Никитой Акинфиевичем Демидовым. С 1784 г. дом принадлежал А.И. Мусину-Пушкину, и именно во флигеле, выходящем на набережную р. Мойки, находилась его коллекция, в том числе «Слово о полку Игореве» (Аксонометрический план Санкт-Петербурга 1765-1773 гг. (План П. де Сент-Илера, И. Соколова, А. Горихвостова и др.). Приложение / Науч. ред. В.С. Соболев. СПб: Крига, 2003. С. 93). Подчеркнём: не существует ни одного авторитетного источника, в котором бы это мнение уважаемых историков опровергалось, или где утверждалось бы, что каменный флигель, выходивший лицевым фасадом на набережную Мойки, использовался для «служебных нужд».

Тем не менее, отбросив исторические факты, комиссия основывает свой отрицательный вывод на этом анонимном бездоказательном допущении. И никаких других фактов, подтверждающих историко-культурную ценность дома, комиссия обнаружить не сумела. Этой позиции КГИОП придерживается и в суде: по мнению его представителя, у объекта нет историко-культурной ценности, которая позволяла бы рекомендовать его к включению в перечень выявленных объектов культурного наследия.

И тут в КГИОП на имя Макарова С.В. одно за другим пошли письма. Выяснилось, что никакого исследования историко-культурной ценности дома комиссией фактически не производилось. Иначе как объяснить, что «неучтёнными» комиссией оказались выдающиеся деятели отечественной науки, десятилетиями жившие и работавшие в доме на Мойке на протяжении XIX-XX веков. Среди них профессор Тарновский Вениамин Михайлович (1837-1906), выдающийся учёный-медик, основатель российской научной школы венерологии, общественный деятель и организатора медицинской службы, имя которого на протяжении вот уже столетия носит Санкт-Петербургское научное общество дерматовенерологов.



Тарновский Вениамин Михайлович (1837-1906)

Тарновский В.М. проживал и практиковал в доме № 104 по набережной р. Мойки на протяжении тридцати лет. Занимаемая им квартира № 4 была в этот период одним из центров медицинской, научной и общественной жизни Санкт-Петербурга. Так, 20 октября 1885 года именно в квартире Тарновского на Мойке прошло учредительное заседание первого в мире Русского сифилидологического и дерматологического общества, утверждённого на государственном уровне. Председателем общества единогласно был избран профессор Тарновский В.М. Здесь же в его квартире проходили и первые заседания общества. В доме на Мойке проходила подготовка Всероссийского съезда сифилидологов и земских врачей 1897 года по обсуждению мер против распространения сифилиса, ставшего первым в мире подобным съездом. Здесь Тарновским был написан труд, провозгласивший миру, что сифилис излечим. И это в эпоху, когда болезнь принимала масштабы национального бедствия, и не только в России.

Завершается письмо за подписью Председателя Санкт-Петербургского научного общества дерматовенерологов имени Тарновского В.М., вице-президента Российского общества дерматовенерологов, заслуженного деятеля науки РФ, Заслуженного врача РФ, главного дерматовенеролога Министерства обороны РФ профессора Самцова А.В. обращением к Макарову с просьбой рассмотреть изложенные в письме факты и внести изменения в Распоряжение КГИОП от 11.08.2015 № № 10-348 об отказе во включении здания в перечень выявленных объектов культурного наследия. А также информацией о том, что Санкт-Петербургское научное общество дерматовенерологов имени Тарновского В.М. намерено войти в комиссию по мемориальным доскам Правительства Санкт-Петербурга с предложением об установке на доме 104 по набережной р. Мойки памятной доски Тарновскому Вениамину Михайловичу (1837-1906), проживавшему здесь с конца 1870-х по 1906 год включительно.

Из другого письма мы узнаём, что комиссия КГИОП «потеряла» академика РАН И АН СССР Виктора Викторовича Соболева (1915-1999), выдающегося российского и советского астрофизика, астронома и педагога, Героя социалистического труда, создателя ленинградской школы астрофизики, чьё имя носит Астрономический институт Санкт-Петербургского государственного университета.




В доме на Мойке Соболев В. В. прожил без малого сорок лет, с конца 1950-х и до своей кончины в 1999 году. Здесь им были написаны труды, обогатившие отечественную науку. Он внёс выдающийся вклад в теорию линейчатых спектров звезд, в теорию переноса излучения и ее астрофизическое применение, исследовал нестационарные поля излучения и дал применение развитой им теории к объяснению ряда явлений при вспышках новых. Он впервые корректно сформулировал закон сохранения энергии для разреженных газовых туманностей, а также существенно усовершенствовал теорию образования спектральных линий в рассеивающих средах. Соболевым В.В. была создана теория образования спектральных линий в движущихся средах, таких, как расширяющаяся оболочка звезды. Построенная им теория получила применение при расшифровке спектров звезд Вольфа – Райе, активных ядер галактик, квазаров, космических мазеров. Им впервые была высказана идея, что красные гиганты и сверхгиганты обладают горячими ядрами, окруженными мощными атмосферами.

По суммарному вкладу, внесенному в аналитическую теорию переноса излучения, Соболев В.В. и его школа – вне конкуренции в мировой астрофизике. Лишь один человек за всю историю астрофизики не только внес фундаментальный вклад в каждый из основных разделов теории переноса излучения, но и стоял у истоков пяти из них. И этим человеком является академик Виктор Викторович Соболев. 

Как учёный и педагог Соболев В.В. признан создателем ленинградской школы астрофизиков - одной из крупнейших в мире. В мировой теоретической астрофизике существуют такие понятия, как the Sobolev limit, the Sobolev region, the Sobolev optical depth, the Sobolev length, the Sobolev approximation и the Sobolev point.

И в этом письме содержится просьба к КГИОП пересмотреть Распоряжение от 11.08.2015 № № 10-348 и принять решение о включении здания в перечень выявленных объектов культурного наследия. Напомним, что в 2015 году с аналогичной просьбой к председателю КГИОП Макарову С.В. обращались Российская Национальная библиотека, Институт Русской литературы (Пушкинский дом) Российской Академии наук, Союз архитекторов Санкт-Петербурга, Союз художников Санкт-Петербурга, Ассоциация историков искусства и художественных критиков. Однако мнение всемирно известных институций было проигнорировано.


Схожую позицию, напоминающую порою откровенный саботаж, занимает руководство КГИОП и по вопросу установки на доме мемориальной доски А. И. Мусину-Пушкину.

Причина подобных необъяснимых, на первый взгляд, действий КГИОП и его руководства в вопросе установления историко-культурной ценности дома Мусина-Пушкина и признания его памятником истории и культуры в действительности лежит на поверхности. И заключаются она в том, что этот дом в историческом центре Санкт-Петербурга, подобно многим другим, стал в руках органа охраны культурного наследия товаром, разменной монетой в нечистоплотных отношениях со строительным бизнесом, в жертву которым приносится наше культурное достояние, исторический центр города. Ведь удовлетвори КГИОП в 2015 году заявку на включение дома Мусина-Пушкина в перечень выявленных объектов культурного наследия – и незаконную стройку многоквартирного элитного комплекса Арт Вью Хаус на соседнем участке дома 102 пришлось бы сразу остановить!

Это лишний раз доказывает необходимость отделения функций первичного выявления объектов культурного наследия и проведения их государственной историко-культурной экспертизы с передачей их самостоятельному органу, независимому от органа, занимающегося практической охраной памятников, уже включённых в единый государственный реестр.

Будем ожидать решения суда. Хотя и без него понятно, что ситуация вокруг дома А. И. Мусина-Пушкина складывается двусмысленная если не скандальная: работа комиссии КГИОП по установлению историко-культурной ценности объекта в составе 7 человек под председательством Макарова С.В. и при участии практически всего руководства Комитета предстаёт непрофессиональным заказным действием с заранее известным результатом. При этом само решение продиктовано не свойствами заявленного объекта, а некими внешними обстоятельствами, внешней ситуацией, при которой охранный статус дома Мусина-Пушкина кому-то сильно мешает.


См. также: Выявление, экспертизу и использование памятников культуры должны осуществлять разные органы
См. также: Петербуржцы оспаривают в суде распоряжение КГИОП по дому А. И. Мусина-Пушкина

См. также: КГИОП препятствует принятию правительством Санкт-Петербурга решения по дому Мусина-Пушкина


Tags: Арт Вью Хаус, КГИОП, Куйбышевский суд, Макаров Сергей, Мойка 104, Мусин-Пушкин, градозащитники, законодательство
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments